Вечер посвящённый Александру Тышлеру. Выступление искусствоведа Анны Чудецкой

Камерная выставка графики в Открытом клубе приурочена к 50-летию со времени проведения первой персональной выставки Тышлера в Москве. Ее открытие 6 марта 1966 года в залах ГМИИ им.А.С.Пушкина стало событием в художественной жизни этого времени. Сохранившиеся в архиве отзывы посетителей - в диапазоне от бурных восторгов по поводу увиденного до требований срочно закрыть «вредную выставку» - доносят до нас остроту кипевших дискуссий. Однако напрасно мы будем искать отклики на выставку в прессе тех лет – она была окружена непреодолимой стеной молчания.

Молчание было настолько «красноречивым», что группа более молодых художников- членов МОСХа написали письмо в поддержку этой выставки: мы и приведем его полностью:

В музее изобразительных искусств открыта большая выставка работ Александра Тышлера. Для людей младшего и среднего поколения – это первая встреча с художником, так полно показанным живописными полотнами рисунками, скульптурой и театральными эскизами. А для многих зрителей и художников это первая встреча с таким своеобразным и оригинальным мастером, во многом может быть озадачивающем и тех и других.
Исходя из этого хотелось бы высказать несколько мыслей. Тышлер не прозаик в своем искусстве. Тышлер – фантаст. Цвет в его вещах имеет почти музыкальное звучание.
Действительность и театр, реальность и фантастика тесно переплетены в искусстве Александра Тышлера и в этом его своеобразие и его современность.
Захватывающее и сложное находится в самом мироощущении художника, в созданном его воображением собственном мире красочном и театральном, где он, как режиссер, разыгрывает на крошечной сцене своих полотен то трогательные, то трагические представления.
В ряде серий продавцы, бондари, клоуны и др. появляется «чаплинская тема» маленького человека. Гимн женщине, любви и красоте звучит в сериях «Женщины с цветами», «Балаганчик», «Модницы», «Кариатиды».
Почти органное звучание в серии «День рождения» - таинственное колебание пламени свечей на головах у стройных, как колонны, изображениях девушек, таинственность мрамора лиц. Кто они? Откуда? Из каких воображаемых миров извлек их художник силой своего таланта и заставил нас зрителей поверить в них?
Рядом с лирикой почти бытовых сцен («Соседи моего детства») мы слышим грохот шекспировских трагедий. Редко кому удавалось с такой силой воплотить на сцене философский смысл Короля Лира, Макбета и остаться самим собой, в спектакле создать другой спектакль – гимн красоте, фантазии, музыке.
Трагичность и гнев звучит в «Расстреле голубя» и «Обезглавленном ангеле» - отношение ко всему злу на Земле высказывает современный художник.
Вообще работы Тышлера наделены богатством ассоциаций. Поэтому, при всей казалось бы узости сюжетики, вводят зрителя в прошлое, настоящее и будущее искусства.
Метафоры и символы его работ не отвлеченно-академические, а теплые человеческие, основанные на глубине народного искусства – волнуют зрителя.
Александр Тышлер один из ярких и неповторимых художников многонационального Советского искусства.

Художники:
Ю. Коровин, Е. Расторгуев, Т. Гусева, Е. Малеина, М. Курилко, С. Чуйков, В. Зайцева
Л. Берлин, Е. Зотов, Н. Андронов, И. Бруни, А. Каменский, Д. Шаховской, М. Иванов

Художники словно выступают в защиту своего старшего коллеги. Почему же это происходит?

Дело в том, что Александр Григорьевич Тышлер (1898-1980) – уникальная фигура в истории отечественного изобразительного искусства. Он – и признанный классик отечественной сценографии, и живописец-станковист, и автор графических серий и камерной скульптуры. Тышлер принадлежал к поколению художников, самобытный стиль и почерк которых оформились в 1920-х годах. Член-учредитель «Общества станковистов» (ОСТ), Тышлер принимал активное участие во всех выставках объединения. Его станковому искусству была свойственна отмеченная Тугендхольдом «склонность к игре и лицедейству».

И в то же время он был одним из тех, на кого оказалось направлено острие борьбы с формализмом. Уже в конце 1920-х в его станковых работах некоторые критики усматривали «мистицизм», который был не только «малоприемлемым», но и легко мог оказаться «вредным» в политической обстановке тех лет.
Тышлер стал «фигурантом» и печально знаменитой книжки Осипа Бескина «Формализм в живописи» (1933. Всекохудожник, Москва), где подвергся весьма агрессивным нападкам этого борца за реализм в искусстве: «Головоломные трюки… Полное игнорирование реальности… .. Луна с человеческим лицом… Если познать ничего нельзя, если весь мир какая-то абракадабра, то почему и луне не обернуться – мордой». Как странно сегодня читать эти агрессивные, злобные и нелепые обвинения, которые трудно воспринимать, как художественную критику. А в те времена они могли стоить жизни художнику…
В середине 1930-х Тышлер смог перенести осуществление своих творческих идей из сферы станковой живописи в пространство театра: так художник нашел способ и остаться верным своему дару, и осуществиться в качестве профессионала. С 1932 по 1941 год Тышлер оформляет спектакли в различных театрах Москвы, Ленинграда, Минска. С 1941 года он становится главным художником Государственного еврейского театра (ГОСЕТ), работая вместе с Соломоном Михоэлсом, талантливейшим актером и главным режиссером театра. С ГОСЕТом Тышлер уезжает в эвакуацию в Ташкент, возвращается в Москву в 1943-м и остается до закрытия театра в 1949-м. Тышлер продолжает работать для театра и в 1950-е (так, в Московском театре сатиры он оформил спектакль по Маяковскому «Мистерия-буфф», в нашем издании приведен эскиз единой декорационной установки спектакля), и в 1960-х. Но театр начинает занимать в жизни художника все меньше места.

1960-е годы были временем, когда многие художники поколения, творчески реализовавшегося в 1920-е годы, вновь обратились к художественным установкам своей молодости. Тышлер же никогда не изменял своим идеалам: однако «время оттепели» открыло для него возможность вновь вернуться к станковому искусству. Его персональная выставка в Пушкинском музее имела огромный резонанс, и вовсе не будет преувеличением отметить, что личность и творчество Тышлера оказали значительное влияние на московскую художественную ситуацию тех лет.

Литографии Тышлера из частной коллекции , показанные в нашей экспозиции, словно перекликаются с картинами выставки в Пушкинском музее. Мы видим, как художник словно ищет наиболее выразительную композицию для своей картины «Расстрел голубя» (четыре варианта композиции) – и одна из них будет воплощена в живописи 1965 года. Два варианта литографий «Казненный ангел» (Обезглавленный ангел) также имеют продолжение в картине 1964 года. И лирические композиции «Прогулка» и «День рождения» также имеют своих «живописных двойников».

Особый интерес вызывают 25 небольших рисунков и эскизов, находящихся сегодня в частном собрании. Они словно дают нам возможность «заглянуть в творческую лабораторию художника». Один из них – это рисунок левой руки самого художника – о чем нам поведала надпись на обороте. Четыре легких рисунка-наброска ловкого наездника: то он, стоя, гарцует на скачущей лошади, то он жертва – привязан к ее хвосту, и волочится по земле, то он распластан на крупе лошади – может быть, уже неживой… Эти рисунки подписаны и датированы – один из них даже воспроизведен в монографии о Тышлере – кстати, вышедшей к его персональной выставке в 1966-ом…
Четыре рисунка – варианты к теме «Прогулка» - дама и два кавалера, и иногда над ними – путти…

Есть рисунки-шаржи, рисунки-эскизы театральных сцен, женских головок, и неизвестных персонажей…
Есть и три перьевых рисунка – пейзажные наброски, которые Тышлер сделал с натуры во время пребывания в доме творчества «Сенеж» в 1977 году. Это редкое обращение художника к непосредственно натурным впечатлениям.

Искусство Тышлера особенно – оно одновременно многозначно и чувственно, пронизано сложными ассоциациями, связывающими воедино и историческую перспективу, и современную реальность, и глубокие архетипические понятия, и индивидуальные ощущения. Именно эта особенность дара художника позволила ему остаться востребованным профессионалом в период 30-40-50-х годов и подойти к эпохе 1960-х, сохранив свой мир – мир сложных метафор, личных ассоциаций и таинственной тишины.

Искусствовед, старший научный сотрудник отдела личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина
Анна Чудецкая



Подробности

  • Начало: 25 мая 2016 г. в 20:00

Поделиться событием